Какой сертификат стоит получать финансовому консультанту, работающему с предприятиями? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, начать с краткого обзора имеющихся сертификаций. Их можно поделить на несколько тематических групп:
Сначала это замечали риелторы. С началом кризиса люди прекратили покупать квартиры, зато стали активно судиться по поводу того, что уже купили или просто имеют. А теперь вот дело дошло и до нас. Впервые за 11 лет ведения собственного бизнеса мне пришлось судиться. Причем по очень старой истории. Компания «БИТ Автоматизация Бизнеса», которая 2 года назад пыталась внедрить нам 1С, и которую после 3 месяцев мучений мы послали (внедренцы попались тупые и хитрые), решила отсудить немножко денег. Вторично их послал на прошлой неделе уже Арбитражный суд Москвы.
Самое смешное, что сумма, которую они хотели получить, это 25 000 руб. А бились они за нее почти полгода (сначала мы и не знали об этом, а БИТовский юрист успела посетить пару несостоявшихся заседаний). И вот такой глупостью сейчас, к своему удовольствию, занимаются юристы. Но и по более серьезным спорам работы у юристов прибавилось. Растущий рынок 
Любой человек, имеющий отношение к инвестициям, которого весной спросили бы о выдаче кредитов, ну например, в Сбербанке, ответил бы, что кредитов нет вообще. Но тем не менее, согласно отчетам этого самого Сбербанка, кредиты выдаются. Вот список только тех проектов, которые точно профинансированы банком в период с 20 по 30 мая:
А всего за этот период было выдано кредитов примерно на 50-60 млрд. руб. То есть, кредитование идет. Значительная часть этого кредитования не имеет отношения к проектам – это кредиты на закупку отдельных единиц оборудования, факторинг и т.п. Но часть относится к конкретным проектам. Кто же может получить банковское финансирование в кризис?
(далее…)
Сегодня на фондовом рынке произошло знаменательное событие. Индекс РТС поднялся до уровня, с которого он рухнул в середине сентября, когда первый раз поизошла остановка торгов. Тогда именно с этого момента все заговорили о начале масштабного финансового кризиса в России.
Сейчас позади уже почти четыре месяца стабильного экономического роста. Речь, конечно, только о макроэкономических показателях, с промышленным производством пока полная беда и пока не ясно что произойдет раньше – макроэкономика вытянет промышленность или промышленность утянет на дно макроэкономику.
Что-то около недели назад открылся новый проект – slon.ru. Если учесть, что руководит проектом человек, который до этого побывал главным редактором Ведомостей и Smart Money в момент их запуска, а в редакции собралась чуть ли не вся издательская элита, то ожидать можно очень хорошего результата. Концепция интересная, первое впечатление от сайта – неплохо. Ожидалось, что это будет что-то еще более револбционное, но проект очень быстро развивается и видимо будет много нового.
На этом новом сайте я буду вести регулярную колонку. Сейчас пока вживаюсь в не совсем привычный формат, вот первая запись: Мегапроекты: эффективность и убыточность
А между тем, в регионах есть не только методики оценки проектов, но и методики прекращения проектов. Вот, например, в упомянутом вчера регламенте Амурской области: http://www.pravoteka.ru/docs/amurskaya_oblast/5110.html
Между прочим, идея невероятно светлая, мы очень часто сталкивались с тем, что компании страдали от неспособности четко определить, когда надо остановиться и пересмотреть проект с начала. Но реализация опять страдает. Если посмотреть на критерии Амурской области (а это очень неплохой вариант, у других хуже), то можно увидеть, что определения там плавают. В частности, не указаны пределы, за которые не должны выходить отклонения проекта.
По случаю того, что наша работа с Воронежской областью, наконец, перешла к заключительным отчетам, я попробовал оценить – а как в других регионах подходят к оценке инвестиционных проектов.
Воронеж приятно порадовал, в этой области почти все документы доступны в интернете и их уровень по сравнению с другими регионами достаточно высокий.Вот некоторые регламенты: http://www.gfu.vrn.ru/information/regfinans/12319/12321/
Отличительная особенность хорошего регламента (и у Воронежской области это есть) в том, что при обсуждении качеств инвестиционного проекта разговор начинается с маркетинга. Причем, раз уж это регламент, должны определяться возможные критерии, по которым можно было бы убедиться, что у проекта есть будущее на рынке (это в Воронежском регламенте сделано только частично).
А вот примеры регламентов, которым лучше бы вообще не появляться на свет:
Ханты-Мансийский автономный округ – Югра
Довольно формальный регламент с перечнем тучи документов, которые надо собрать перед тем, как приходить за инвестициями. О половине этих документов я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что они не нужны и никогда не будут использованы, а еще половина нужны, но не принципиальны. При этом никаких требований к качеству нет.
Сахалинская область
За основу, похоже, взяты документы, которую мы писали в районе 96 года. Я тогда как раз институт заканчивал. И документ примерно такого уровня, на курсовую работу для современных студентов потянет, а вот на дипломную уже нет – не те времена.
Амурская область
Коротко и ясно – оценка эффективности должна быть. Какая – не уточняется. Но, конечно, по сложившейся традиции, указана формула NPV.
Вообще, это плохо, что такие документы разрабатываются на уровне регионов. Даже в тех регионах, где в администрации сидят неплохие специалисты, качество методик очень низкое, т.к. одно дело – оценивать проекты и другое дело – писать методики, тут нужны свои навыки и наработки. Было бы гораздо лучше разработать такую методику на федеральном уровне. Но там свои проблемы, о них я еще напишу.
Почему-то периодически появляются предположения, что кризис должен вызвать волну слияний и поглощений. Свежих публикаций под рукой нет (хотя они и появляются), но вот, например, упоминание исследования PWC. Логика простая – денег нет, значит надо продаваться. Вообще-то и мы осенью немного попались на это заблуждение и предполагали, что будет происходить укрупнение малого и среднего бизнеса.
В действительности, картина выглядит совершенно иначе. На международных рынках объем слияний и поглощений за 2008 год оказался на 29% ниже, чем за 2007. Не трудно догадаться, что если взять только второе полугодие, то падение будет раза в два. В России тоже что-то не слышно о безумной волне слияний. Причины, как мне кажется, две.
Во-первых, поглощение привлекательно, когда успешная компания легко может привлечь деньги, спрос на инфраструктуру растет быстрее, чем ее можно создавать, а рост масштаба бизнеса точно означает, что компания становится еще успешнее. Но так бывает на растущих рынках. А на падающих и стагнирующих рынках это совсем не очевидно.
Во-вторых, укрупнение бизнеса путем слияния означает появление в нем новых партнеров (если только компания не выкуплена на 100%). Это несколько усложняет внутренние взаимоотношения. А как показывает практика, в условиях кризиса учредители в малом и среднем бизнесе больше склонны бороться за выживание по одиночке (вот, например). Участились внутрикорпоративные конфликты, которые приводят к расколу компаний.
Так что скорее, мы будем наблюдать в течение второй половины 2009 года такие процессы:
Вот посмотрим теперь, насколько сбудется такой прогноз. Надо, кстати, отдать должное нашему коммерческому отделу – они еще в октябре прошлого года строили нашу стратегию на 2009 год именно из такого сценария, я тогда относился к нему с некоторым недоверием.
Раздел окончательно заполнен. В процессе работы нашлись бесконечно вкусные ресурсы, на которых есть в удобном виде любая необходимая информация по любой стране. Иногда, если проект требует международного анализа, такие данные приходилось подолгу искать, но как-то до сих пор не приходило в голову один раз проделать эту работу и сделать подборку ссылок. Теперь нечто подобное хотелось бы сделать и по товарным рынкам.
Страничка с завершенным списком: http://d-ria.com/blog/sites/macro
ОАО «РЖД» объявило о продаже 50% акций компании «Росжелдорпроект». Четыре года назад, когда эта компания создавалась, мы делали бизнес-план ее развития. Сегодня очень приятно отметить, что момент продажи, стоимость компании и способ продажи полностью соответствуют заявленным в бизнес-плане.
Сегодня собран дистрибутив Альт-Инвест 6 с поддержкой литовского языка – оттуда сейчас есть спрос. А вот в Латвии дела настолько плохи, что запросов на новую версию оттуда не поступает, поэтому локализация 6-го Альт-Инвеста для них задерживается.
Вообще, с точки зрения экономики, ситуация в Латвии ужасная. В этом году падение ВВП ожидается -12%, страна живет на дотации Евросоюза. И надо заметить, что такая картина там наблюдалась уже с начала 2008 года. Но качество жизни в стране остается высоким. Вообще, стоило бы, наверное, немного рассказать об особенностях ведения бизнеса в Латвии. Напишу в ближайшее время.
Бывший генеральный директор РВК дал сегодня интервью по поводу своей отставки. В принципе, в интервью разъяснены все вопросы, кроме одного – зачем РВК, не собираясь вкладывать больше 7-10 млрд. руб., держала у себя более 30 млрд. Но это, как я уже писал, скорее техническая деталь.
Автор интервью – Евгений Савин.
История с РВК приобрела некоторую завершенность. Сегодня уволился генеральный директор РВК, Алексей Коробов. Кстати сказать, претензии Генпрокуратуры при ближайшем рассмотрении выглядят не такими уж бессмысленными. Ну и правда, получить финансирование на сумму 30 млрд. руб., из которых 20 положить на депозит на три года – это идиотизм. Но только похоже, что придумано это было еще при создании фонда. Очевидно же, что фонд, которому предстояло выстраивать целую новую отрасль, никак не может вложить в проекты сразу миллиард долларов. Это и не планировалось. А теперь, когда фонд в полном соответствии с планами потерял на инфляции порядка 20% этих денег, все вдруг очнулись. Но это всё внутренние вопросы РВК, разобраться в которых со стороны сложно, да и не очень интересно.
Важнее другое. Какое влияние это окажет на венчурный рынок? С точки зрения возможности компаний сейчас получить инвестиции – никакого. Созданные РВК фонды профинансировали сравнительно немного проектов, да и не то чтобы без РВК никто из них не работал. Но вот с точки зрения развития рынка – это зафиксировало провал идеи государственного участия в венчурных инвестициях. У РВК была возможность стать структурой, объединяющей рынок, продвигающей его в массы. Но она осталась кулуарной структурой и в конце концов запуталась во внутренних разборках.
Есть, конечно, надежда, что эта встряска и полученный опыт позволят компании работать активнее. Но очень маленькая. Взрывного развития венчурных инвестиций в России не получилось. Ну, «значит здесь время колокольчиков».
Наш консультант привез из Екатеринбурга замечательное свидетельство того, как можно управлять проектами, в которые вовлечены сотни миллионов долларов. Дело в том, что там готовится саммит ШОС, и к его началу должны были строиться многие знаковые объекты. Из-за кризиса их завершение под вопросом и местная газета «Капитал» обратилась за комментариями к оргкомитету ШОС. На что получила следующий ответ (цитирую по статье из номера за 18 марта): «У нас вообще нет такого понятия как планы. Мы вообще ничего не планировали изначально. Обязательными были только три объекта: аэропорт Кольцово, дорога из аэропорта в город и гостиница «Хайят». Остальные стройки не имеют сверхважного значения. Я понятия не имею, на какой стадии находится объект и почему застройщик прекратил строительство».
Разумеется, планы были. До сих пор на сайте оргкомитета висит список из более чем сотни новых объектов, которые должны быть запущены к саммиту. А не было другого. Не было даже намека на способность оргкомитета полноценно управлять таким крупным инвестиционным проектом. И поэтому дальше трех ключевых пунктов просто не дошли руки – организаторы не знают, есть ли у них еще эти партнеры, работают ли они, каких результатов можно ожидать. Проект полностью упущен из-под контроля.
Эта тема очень актуальна. Сейчас во многих инвестиционных проектах роль государства выросла. И далеко не всегда региональные центры в состоянии справиться с выросшей ответственностью. Нам стало интересно узнать – а как региональные органы власти планируют и контролируют инвестиционные вложения? И поэтому в ближайшее время мы начинаем новое исследование. Мы постараемся провести интервью с ключевыми специалистами в региональных администрациях и собрать все удачные методы, подходы и примеры. По мере появления новостей об этом исследовании я буду кратко рассказывать, что мы обнаружили. Ну а полная информация, как всегда, в итоговом отчете.
P.S. Хотел дать ссылку на статью на сайте газеты «Капитал», но опять предупреждение от Касперского – сайт заражен вирусом Trojan-Downloader.JS.Iframe.ahs. Это прямо эпидемия какая-то.
В поисках нужного материала по другой теме наткнулся на немного уже старую заметку Блумберга о чудесах со стоимостью акций. Сначала привлекла сама постановка вопроса, а потом оказалось, что в списке «чудес света» есть и российская компания ОГК-4.
http://www.bloomberg.com/apps/news?pid=20601087&sid=ahiVT6vmGNEA&refer=home
А суть вопроса в следующем. В процессе падения рынка обнаружился ряд компаний, у которых сумма денег на счете больше, чем суммарная стоимость всех акций и обязательств. То есть, теоретически, можно купить все акции такой компании, потом погасить все долги, забрать деньги со счета и ликвидировать ее, бросив всё имущество. И получится прибыль!
Выглядит загадочно. Объясняется, скорее всего, погрешностями в оценке отчетности – например, сумма на счете и стоимость могут относиться к разным периодам, могут быть потеряны какие-то специфические обязательства. Тем более, что практически все компании в этом списке – банки, у которых был довольно нескучный период и свободные деньги которых завязаны на множество сложных процессов. Ну банки ладно. Но вот появление там ОГК-4… Я очень хорошо знаю эту компанию изнутри, мы делали для них пару лет назад среднесрочное планирование. Это сеть групных ГРЭС, куча материальных активов и рынок, стабильность которого несравнимо выше, чем у банковского. Как такое может быть?
Объясняется всё просто. 90% того, что Блумберг называет в своем списке «cash», и что в полном виде называется «cash and marketable securities», для ОГК-4 относится как раз к рыночным ценным бумагам. А эти самые рыночные ценные бумаги – акции отдельных ГРЭС. Которые, естественно, стремительно дешевели вместе со всем рынком, но переоценивались на балансе ОГК-4 с отставанием. Что вызвало погрешность в отражении активов компании на сумму в несколько сот миллионов долларов. Никаких чудес, но очень интересный урок того, насколько сильно можно ошибаться, опираясь на финансовую отчетность, даже тогда, когда она составлена по МСФО. Разумеется, теоретически, ОГК-4 не должна была указывать эти акции как рыночные ценные бумаги, но тут уже требуется более детальный анализ, данные для него есть только в годовом отчете, а он пока за 2008 год не готов.
По результатам четвергового круглого стола появилась публикация с фрагментами моего интервью: http://www.itoday.ru/13870.html. А моё выступление журналистка ехидно назвала проповедью. Ну в общем правда, что-то меня несло, ведущий даже нервничать начал. Но как-то уж очень до этого там скучно было, а так сразу все оживились.
В четверг инвестиционный комитет ТПП проводил круглый стол «Актуальные вопросы развития венчурного и посевного инвестирования в современной России». Собрались представители фондов, консультанты и люди из госструктур поддержки всяческих форм инноваций. В основном ничего интересного не происходило, за исключением одной темы. Выступали Ян Рязанцев от Российской венчурной компании и Андрей Морозов из венчурных фондов ВТБ. Рассказывали о ситуации с интересом прокуратуры к венчурным фондам, распределенным через РВК и о реакции СМИ на это. А ситуация там, мягко говоря, неприятная. Прокуратура потребовала фонды ликвидировать, в блогах а иногда и в прессе прямо пишут, что деньги разворовываются. И товарищи из ВТБ и РВК считают, что отсутствие поддержки прессы в этот момент признак неадекватности этой прессы, а представитель РВК даже умудрился заявить о происках таинственных сил, препятствующих прогрессу.
На самом деле, всё абсолютно логично. Понятия не имею, украли ли там что-то, но есть факты – ни РВК, ни ВТБ до последних дней не считали нужным сообщать обществу о результатах своей работы. Нет рассказа о том, какие проекты инвестируются, как работают эксперты, что хорошего по этим проектам уже произошло. РВК жалуется, что студенты не верят в них, но они не потратили ни времени, ни сил на ознакомление этих студентов с принципами своей работы. То есть люди банально не умеют продавать себя и свои услуги. Они очень долго считали, что главное для них – наладить диалог с государством, которые дает им деньги. Поэтому вполне естественно, что при первом же конфликте оказалось, что у них просто нет союзников, а СМИ и просто общество совершенно не против порвать их для забавы. И в этом смысле наезд прокуратуры (не вполне корректный, к слову сказать) очень конструктивен. Ну, по крайней мере, мое предложение больше заниматься пропагандой венчурных фондов, было принято немедленно. Не думаю, что без прокуратуры этот вопрос прошел бы так легко.
Еще проскочила интересная мысль, которую надо бы как-то использовать, но пока не понятно как. В крупнейших корпорациях есть структуры, отвечающие за инновации. По сути, их цели очень похожи на цели венчурных фондов. При этом они работают уже десятки лет и имеют бюджеты, многократно превышающие бюджеты фондов. Более того, за последние годы многие рынки монополизированы и эти корпорации являются еще и главным рынком для целого ряда бизнесов. Почему нет интеграции между корпорациями и фондами? Здесь явный провал в коммуникациях.